Скандал вокруг «Маяка» в Балаково: у каждой медали есть две стороны. Какую из них видите вы?

Скандал вокруг балаковского центра «Маяк» не утихает уже несколько дней. После громкого сюжета на федеральном канале в центр пришли силовики, а подопечные вышли на свободу. Мы увидели одну сторону медали – обвинения в адрес руководителя. Но есть и другая. О ней практически не говорят в новостях.

К нам обратились несколько родственников, к которым сегодня возвращается ад. И те, кто теперь счастлив, – их близкие трезвы. Мать одного из выпускников центра попросила не называть имя её сына. Она рассказала о том, что осталось за кадром телевизионных репортажей. О том, что чувствует родственник, когда его ребенку дарят второй шанс, а затем этот шанс отнимают.

История первая: «Я жила в аду»

«Меня зовут Елена. Мой сын проходил реабилитацию, ресоциализацию и социализацию в Центре коррекции поведения «Маяк» в Балаково. Я хочу высказать свою поддержку центру и лично Михаилу Михайловичу. За спасённую жизнь моего сына.

Мой сын начал употреблять наркотики, когда ему было тринадцать лет. Причём он рос благополучным мальчиком, учился в престижной школе в кадетском классе. Там-то ему впервые и дали наркотики.

Через что мне пришлось пройти? Это одному Богу известно. Когда я пыталась лечить его в государственной клинике, от меня, по сути, открестились. Оказывается, лечение подростков в наркодиспансерах начинается только с пятнадцати лет. И оно строго добровольное.

На секундочку представьте: ребёнок, у которого не сформирована психика, мировоззрение, попадает под влияние «солей», которые продаются открыто. Его организм моментально попадает в зависимость. И этот сломленный ребёнок должен сам догадаться, что ему пора лечиться. Но ни один подросток, которого я знаю, добровольно туда не пошёл.

Мы пытались оградить его, отправляли в другой реабилитационный центр на 15 месяцев. Он вышел оттуда и продержался всего 4 месяца. Как он признался позже, его держал только страх снова оказаться взаперти. Работы с его головой не было. А затем наступил ад.

Мне стало страшно за свою жизнь и жизнь младшей дочери, которой тогда было три года. Сын начал воровать – но, к счастью, не из дома, связь между нами ещё теплилась. Его выгнали из школы, отчислили из училища. Когда его поймали с первой кражей, я умоляла правоохранителей изменить меру пресечения, поместить его в СИЗО, чтобы он никому не навредил. Мне отказали – «статья не та». Я жила в кошмаре, не спала ночами, ждала звонка из полиции. У меня начались проблемы со здоровьем.

В отчаянии я позвонила в «Маяк» в Балаково. Михаил Михайлович согласился взять сына, несмотря на моё тяжёлое финансовое положение. Лечение длилось год. Затем была ресоциализация, работа, контроль на квартире. В общей сложности – чуть больше двух лет.

Я хочу сказать главное: сегодня мой ребёнок чистый. Он поступил учиться. У него налаживается жизнь. И это только благодаря «Маяку». Да, он ехал туда не совсем добровольно – по моему настоянию. Но в том состоянии человек не способен принимать решения. Наркотик управляет им, он одержим. Он не отвечает за свои мысли и действия. Это хаос, который разрушает жизнь всех вокруг.

Ребята, очнитесь! Подумайте, что вы натворили!

Сколько сейчас семей вы разрушили своим репортажем? Сколько жизней пустили под откос? Вы только вдумайтесь: несовершеннолетняя девочка ушла в неизвестном направлении. Просто выпустили в ночь без денег, телефона и средств связи. Она ушла в никуда. Родители до сих пор не могут её найти.

Люди, опомнитесь! Это просто крик души.

Я считаю, что это провокация и заказной материал. Те, кто сотворил этот сюжет, просто не осознают последствий. Моя материнская благодарность «Маяку» безгранична. Мой сын трезв, и у него нет претензий к центру. Он тоже благодарен за ту огромную работу, сколько сил, эмоций и переживаний в него вложили. Это стоит дорогого.

Я верю, что правда восторжествует. Что все ребята найдутся и продолжат лечение. С огромным уважением к «Маяку» и лично Михаилу Михайловичу и всему дружному коллективу».

Послесловие редакции:

Мы не берёмся судить, виновен ли руководитель центра в том, что ему приписывают. Мы публикуем эту историю, чтобы напомнить: за каждым громким заголовком стоят судьбы. Матери, которые наконец-то вздохнули спокойно, и дети, у которых появилось будущее. Разрушить центр легко. А вернуть к жизни человека, которого уже списали со счетов, – получится ли у тех, кто сегодня празднует победу?

Мы искренне желаем, чтобы никто из наших читателей никогда не оказался на месте родственников этих ребят. Потому что ад, в котором живут родители зависимого, – это не громкие слова. Это бессонные ночи, звонки из полиции и страх, что следующий звонок будет последним. Это реально страшно. И мы не хотим, чтобы хоть один человек прочувствовал это на себе.