ОбществоСтатьи

А брата избили так, что думали – не выживет

– Истории о балаковцах: раны прошлого–

75 лет назад в мирную предрассветность летнего утра ворвался гул немецких самолётов. И встали мужчины, как встарь, навстречу врагу, заслоняя собой жён, стариков и детей. Но перелом в войне будет в 1942-м, а пока оставшиеся на захваченных территориях, переживут все тяготы немецкой оккупации.

Жительнице Балаково – Анне Фёдоровне Полуниной – в 42-м было 11 лет. У мамы было пятеро детей, жили он тогда в деревне Дубровка. Фашисты грабили каждый дом, помимо продуктов особым спросом у них пользовались мужская зимняя одежда: боялись немцы русских морозов.

В мае 42-го согнали захватчики семьи с близлежащих деревень и погнали колонной на станцию, погрузили в вагоны и привезли в Бежецу Брянской области в 142 концлагерь. Оказалась там и семья Анны Фёдоровны, она вспоминала: «Когда подошли к лагерю, увидели колючую проволоку в два ряда, а между ними фашисты с автоматами и овчарками. В бараке каждому дали своё место, мы, дети, лазали на четвертый этаж нар. Кормили раз в сутки баландой, в которой лишь сверху плавала гречишная мякина. От такого питания первыми начали умирать дети, наш самый маленький, ему было 3 года, – умер».

Полгода провела Полунина с близкими в концлагере. Затем их отвезли в Нершовку, старшие батрачили на фашистов, Ане пришлось пасти корову старосты. А однажды старшую сестру Машу чуть было не угнали в Германию, да выручила одна женщина: привязала ей на руки и колени какой-то травы, отчего девушка покрылась волдырями, как при чесотке. Для достоверности Маша перед немцами стала чесаться, и это сработало, фашисты побоялись даже прикоснуться к ней – и отправили домой.

Тяжело было Анне Фёдоровне вспоминать захватчиков, не хотела бередить раны прошлого, но всё же она рассказала, как за всё время оккупации только один немец раздобрился вынести маленькому братишке кусочек хлеба, показывая на пальцах, что у него тоже есть четверо малышей. А другие фашисты, видя, как голодные дети заглядывают к ним, остервенело захлопывали дверь, старшие еле успевали их оттаскивать. А брата Ваню, обронившего что-то нелестное врагам, избили так, что думали – не выживет.

Воспоминания о светлой мирной жизни казались тогда прекрасным сном, а чёрный мрак реальности ударял по ушным перепонкам гортанно-чужой речью.

Вот те, кто пытается сейчас умалить значение подвига наших солдат в той страшной и святой войне, пусть представят своих детей избитыми до полусмерти или умирающими от голода во вражеских концлагерях.

 Евгения БРУСЛАВЦЕВА

Back to top button