Новости БалаковоОбществоСтатьи

Мистика: черные воды балаковской «бурлилки»

–История на ночь: ужасы нашего городка–

Несколько лет тому назад, такой же теплой осенью, возвращался я из жилгородка ночью пешком в 7-й микрорайон. Что заставило меня идти в это позднее время, отдельная история. Общественный транспорт уже не ходил, на такси денег не было. Поэтому прогуляться по ночному городу, подышать воздухом, подумать о своей жизни во время долгой дороги было самое то.

Я прошел шлюзовой мост, наискосок пересек первый микрорайон и двинулся по набережной Леонова, замечая, что ночью все выглядит по-другому. Ночь меняет облик знакомых мест до неузнаваемости. Но особо вглядываться и размышлять об этом не было необходимости: думы мои были заняты другим, личным событием, которое не выходило из головы и которое, собственно, и заставило пересечь весь город ночью пешком. С другой стороны, такое путешествие в одиночестве казалось для меня своего рода душевной панацеей.

И вот когда я прошел всю набережную до Саратовского оросительного канала, вздумалось мне срезать путь: пройти не по прямой дороге по набережной, а наискосок через бетонный парапет «бурлилки», потом по тропинке в 5а, а там уже вдоль жилых домов к заветному 7-му микрорайону. Тем более тропинка, протоптанная от заасфальтированной пешеходной дорожки набережной к «бурлилке», так и манила, освещаемая тусклой лампочкой ближайшего к этому месту столба. Надо заметить, что тьма в это время стояла страшная, да еще сгустился плотный туман – идти приходилось от лампочки до лампочки практически в полной темноте (что меня, надо признаться, не напрягало). Но тут вдруг – тропинка, какая благодать, и дорогу срезать можно как здрасьте. В общем, широк и заманчив путь, ведущий в погибель, как написано в Библии. И хотя я по жизни легких путей не ищу (есть такая вовсе не полезная особенность), но так светла и заманчива была эта тропинка... Словами это сложно передать.

Недолго думая, я свернул на эту тропинку и обнаружил, что она светла в начале, дальше же – кромешная тьма. Но уж назвался груздем – полезай куда следует: и я спустился к бетонному переходу через «бурлилку». Вокруг не было ни души. Я на секунду взглянул в черные бурлящие воды Сарканала, поблескивающие в тусклом, как сквозь саван, свете, перешел через бетонную площадку и ступил на другую тропинку, ведущую уже вверх – к тогда еще не засыпанному водоему рядом с «бурлилкой». И вот когда я на эту тропинку ступил, то понял, что света белого не вижу, и знакомая днем тропинка превратилась вдруг в незнакомый, полный опасностей путь. Мне показалось, что ступи я дальше – непременно свалюсь в какую-нибудь яму или же этот страшный в темноте водоем – и никогда из него не выберусь. Мне стало почему-то необычно страшно, и я развернулся и пошел обратно. О, если бы я знал, что путь назад гораздо страшнее!

Перевесившись через бетонный парапет, глядя в темные воды «бурлилки», на переходе через канал зависла фигура некой сущности, которой не было пару секунд назад. Эта зловещая фигура, как мне показалось, в брезентовом плаще, стояла прямо на моем пути назад, и взяться ей было неоткуда, потому что ни одной живой души ни до того, как я ступил на заманчивую тропинку, ни после, не было вокруг! Эта сущность стояла недвижимо, и лишь ее глубокая нечеловеческая тоска, которую я ощутил каким-то шестым чувством, передалась мне и привела меня в такой ужас, что смертельный холод прошел у меня вдоль позвоночника, ледяной пот покрыл мое тело, и я настолько испугался, что не мог даже думать. Мысли как стрелы одна за другой беспорядочно мелькали в голове: как? не может этого быть! откуда? КТО ЭТО? неужели все кончено? б..ть, идиот! что делать? это п...дец!

Я оказался в таком положении, что назад пути не было: там, после увиденного сейчас, было еще страшнее, потому что неизвестное. Нужно было идти вперед, мимо этой сущности в плаще. А поскольку места на бетонном переходе через «бурлилку» в ширину, как вы знаете, не особо много, предстояло непременно – с ней, с ним – столкнуться! Ни молодая прыть, диктовавшая не бояться хулиганов при ночных прогулках, ни здравый смысл не могли мне в этом случае помочь: тело мое то ли от холодного пота, то ли от необъятного ужаса как будто застыло, и я, как на ходулях, двинулся вперед.

Сущность никак не отреагировала на мое намерение пройти мимо нее. Как стояла, перевесившись и как будто вглядываясь в черные воды, так и оставалась неподвижной, как бы думая о чем-то непрестанно, горюя, тоскуя, и ей было ни до кого. Мне вдруг вспомнился утонувший в Сарканале некровный родственник, и показалось даже, что фигура сущности напоминает его фигуру. Впрочем, мысли эти не только не отпустили мой страх, но даже его усилили. Не боятся только идиоты, надо только идти навстречу своему страху. Вот я и пошел.

Изогувшись, встав на цыпочки, еще как-то, не зная как, я прошел мимо этого брезентового то ли человека, то ли еще кого, так, чтобы не зацепить, не задеть, не коснуться его даже миллиметром себя или своей одежды. Не помню, как я проскочил мимо, и только спиной чувствовал, как медленно, вслед мне, поворачивается голова этого существа, и, казалось, промедли я хоть секунду, оно передумает отпускать, настигнет меня, и...

Выскочив на асфальт набережной Леонова и увидев тусклый свет фонарного столба, я немного успокоился и пустился по прямой в сторону новых районов. Ни о каких срезах путей наискосок не могло быть и речи! Только прямо, только там, где свет пробивается сквозь туман. Быстро! Почти бегом! Домой! И не смотреть в сторону канала, и не оборачиваться! Особенно не оборачиваться, ведь, казалось, если обернуться, то непременно встретишься взглядом с НИМ.

Господи, сколько лет прошло, а этот случай забыть просто невозможно. Что это было? Я не могу дать ответ. Можно предположить, что мне что-то где-то показалось, но нет, я же знаю, что точно нет.

Леонид ИЛЬИЧЕВ

 

Back to top button