ОбществоСтатьи

Пророчество сумасшедшей о будущем России

–Вечернее чтиво–

В самом начале 90-х на автовокзале в Саратове, где из музыкального центра ларька громыхала популярная в то время песня Михаила Муромова на стихи Ларисы Рубальской, задумчивая пожилая женщина интеллигентного вида, сидевшая рядом со мной на лавочке у выхода из вокзала, вдруг сказала то ли мне, то ли сама себе: «А ведь это он о нашей стране поет».

Я, тогда еще очень молодой человек, студент, воспринимавший эту песню как личную грустную историю, сначала не понял, о чем это говорит пенсионерка, а потом задумался и задал естественный простой вопрос: «В смысле?»

«Ну как же, – ответила женщина. – Разве вы не слышите? Всё о нас, о простых людях, гостях в своей стране».

«Почему гостях? Мы здесь живем. Мы не гости – мы дети. А в песне вообще про любовников», – возразил я, студент гуманитарного факультета вуза.

«Ну да, дети. Все мы дети. Любовники, жены, мужья – конечно, дети страны. Но есть такие женщины, матери, которые, бывает, из-за жизненных обстоятельств крылья сложат, про детей своих не то что не помнят – не до них им. Вроде живы, ну и слава Богу. Помрут – ну что ж, бывает. Одна грусть у таких женщин в душе да печаль. И получается, что дитя – как чужой в своей семье. Как незваный гость. И любит он мать свою – и чувствует отстраненность, хочет уехать прочь. Кто-то уезжает, а кто-то остается. Потому что любит, как же она без него? Или просто деваться некуда», – ответила лавочный философ.

«Ну, не знаю», – тоном в стиле «да уж» Кисы Воробьянинова сказал я, дабы прекратить этот не совсем понятный для меня разговор, при этом подозревая пожилую женщину в легком помешательстве.

«А вы вслушайтесь, молодой человек. Да поживите с моё», – не унималась собеседница, помнившая, казалось, еще самого Хрущева или даже Сталина.

«До пенсии мы вряд ли доживем», – отвечая за все свое поколение, парировал я, как сказал бы и всякий молодой человек, которому пенсия из-за бушующей молодости кажется чем-то нереальным. (И как в воду глядел, не подозревая о будущих происках нашего правительства по постоянному увеличению пенсионного возраста.)

«Да пенсия тут ни при чем. А вот жизнь все расставит по своим местам», – заключила философ и замолчала.

После продолжительного молчания то ли от скуки, то ли от любопытства я неожиданно спросил: «А расправит она крылья когда-нибудь?»

«Расправит когда-нибудь. Да улетит», – загадочно ответила полусумасшедшая.

«Куда?» – удивился я.

«А куда сейчас все улетают? За границу».

Тут к моей собеседнице подошла не менее интеллигентного вида «божий одуванчик», и они куда-то засобирались.

А у меня до автобуса было еще полчаса, и я сидел на лавочке и пытался осмыслить этот странный разговор. Но осмыслить его тогда не получилось.

И вот недавно на одном из сайтов я неожиданно натолкнулся на «Странную женщину» Муромова, про которую уже и забыл. И тут очень четко и ясно мне вдруг вспомнился и необычный разговор на вокзале двадцатилетней давности, и эта пожилая, аккуратно одетая интеллигентка на лавочке – с подкрашенными чем-то седыми волосами и белой пустой вязаной крючком сумкой. Вспомнились и времена студенческой молодости (эх, вернуть бы их!).

И, как всегда при воспоминаниях, попёрли ассоциации, перехлестнувшиеся с днем сегодняшним. Как наяву прозвучали выкрики из программ по телевидению политической направленности: «Сирия – бдим, побеждаем, Украина – клеймим позором, США – долой гегемонию, Великобритания – там вообще все идиоты, и т.п.» И запестрели перед глазами новости: «В таком-то регионе России полная ж@па, а в другом еще хлеще».

«А ведь улетела!» – всплыли слова сумасшедшей пенсионерки.

Вот теперь думаю, может, вернется эта странная женщина в семью? В Саратовскую область, например, или какой другой регион? Заботиться о детях?

Михаил ШМЕЛЕВ

Back to top button